Катманду. Городские истории и конец путешествия

Катманду. Городские истории и конец путешествия

размещено в: Непал | 0

Ленивые дни в Покхаре

Трек закончился, но организмы успели привыкнуть к режиму, поэтому встали как обычно в 7 утра. За завтраком порадовались ценам, казавшимся непривычно низкими после 10 дней в горах (как бы странно ни звучало то, что в горах вообще есть понятие «деньги»). Основные развлечения в Покхаре – это катание на лодке, велосипеды напрокат, пешие прогулки на близлежащие горы и полеты на параплане. Пеших прогулок в нашей жизни случилось уже предостаточно, на параплан не было денег, поэтому мы взяли лодку и отправились изучать все укромные уголки озера Фева.

На озере есть храмовый остров Барахи. Маленький храм облеплен полчищами голубей, ожидающих халявного пропитания из рук туристов. В воде около храма обосновалась другая группировка – стая жирных рыб, которых тоже можно кормить.

DSC072031

Остров Барахи

DSC072141

Голубиный храм

Все время нашего пребывания в Покхаре меня не оставляло желание искупаться в озере, но как я не приглядывалась, так ни разу и не заметила ни одного купающегося. Такие вещи не входят в культурную программу Непала. Но желание было очень уж велико – мы отплыли в более менее отдаленное место, где я наконец погрузилась в приятную прохладную воду. Пара азиатов, болтавшихся неподалеку в своей лодке, бросали любопытные взгляды в нашу сторону. Но истощенный горами организм требовал купаться и загорать несмотря на законы приличия в буддийской стране.

Затем мы поплыли к новым берегам, и в момент, когда я вовсю радовалась ощущениям, полученным от плавания, Макс вдруг указал куда-то в сторону и насторожено поинтересовался, видела ли я «это». Но все, что мне удалось заметить – нечто зеленое, походившее на извержение подземных газов. По словам Макса, в нескольких метрах только что проплыло какое-то чудовище. Историю с тремя козлами я не забыла, но все равно стало как-то жутко, ведь я только что радостно плавала там, где вполне возможно обитал непальский вариант Несси. К тому же рядом с храмом околачивалась целая армия гигантских рыб. В общем, я решила, что ноги моей больше не будет в мутных водах озера Фева.

DSC072471

Я радостно купаюсь в озере, потому что еще не знаю, что сюда переехало Лохнесское чудовище

DSC072541

Макс воздержался от купания

DSC072822

Напоследок понаблюдали за полетами парапланеристов, а также за надвигающейся тучей. Туча намекала, что пора возвращаться. Вечером, согласно расписанию, на пару часов отключили электричество и врубили дождь с грозой. В полумраке обесточенного ресторана мы наслаждались первоклассным непальским ужином и забавной сценой, развернувшейся за соседним столиком. Двое пожилых англоязычных белых мужчин, изрядно выпивших, вели оживленную дискуссию. Во всем этом потоке слов чаще всего мелькало незамысловатое «fuck». Один из собеседников являлся очевидным лидером — он без конца сыпал одухотворенными высказываниями из серии «знаешь ли ты, кто такой Будда (и что он сделал для хип-хопа в свои годы)». Его оппонент явно проигрывал в красноречии, лишь изредка успевая вставлять односложные замечания. Незаметно собеседники перешли к стадии «Ты меня уважаешь?!». Она практически сразу трансформировалась в следующую, которую, если цитировать Петра Мамонова, можно было охарактеризовать так: «Все сволочи, все нехорошие, только я один вери гуд». Я доедала курицу под чесночным соусом в очень приподнятом настроении. К нашему столу подошла белая собака с красной точкой на лбу. Глаза у собаки были умные и добрые. И голодные. В это же самое время из-за соседнего столика донеслись новые данные, гласившие, что собака является собственностью подвыпившего «просветленного», что любит он ее как никого на свете, всех за нее порвет и вообще. Пес действительно выглядел умницей, чего нельзя было с точностью утверждать о его хозяине.

Дни становились похожи один на другой. В оставшееся в Покхаре время я накупила всем подарков, мы слазили на гору Сарангот в надежде увидеть Аннапурну, но пасмурная погода нарушила эти планы. Понаблюдали, как парапланеристы стартуют с вершины горы и маневрируют в воздухе, экипированные неизменной селфи-палкой.

С самого нашего приезда в городе стоял какой-то беспросветный туман и при этом прилично припекало. В деревне на горе навстречу нам выбежал мальчик и совершенно наглым образом заявил: «Намасте! Give me money! Give me chocolate!». Я задумалась о несовершенствах в системе воспитания, а еще о том, что тоже не отказалась бы от шоколадки.

DSC073381

Селфи в небесах

DSC073541

DSC073591

Поля на горе Сарангкот

Наконец наступил момент отъезда. Нам предстояло провести неделю в Катманду, но оказалось, что уехать туда в сложившихся кризисных обстоятельствах не так уж просто. Вечером менеджеры нашего отеля, по совместительству занимавшиеся всем, чем угодно, сообщили, что автобусов очень мало и что они могут предложить нам билеты за 700 рупий. Мы согласились, но наутро цена выросла до 1200 рупий. Нас клятвенно заверяли, что сами мы билеты достать не сможем и что это наш последний шанс. В соседних же конторах утверждали, что мест вообще нет. Поэтому мы решили пойти на автостанцию на удачу и застали отправление последнего из немногочисленных автобусов до Катманду. Оказалось, что мест в нем действительно нет. После непродолжительных переговоров нам предложили место на крыше, причем за 1000 рупий. И пока мы раздумывали, стоит ли соглашаться на это сомнительное удовольствие, нам вдруг позволили зайти в салон и ехать стоя несмотря на то, что автобус был практически класса «Люкс», поскольку не предполагал стоячих пассажиров и остановок в каждой деревне. Для меня, впрочем, нашлось довольно комфортабельное место на ящике за кабиной водителя, а Максу достались ступеньки. Вскоре после отправления ко мне подошел добродушный усатый кондуктор и сообщил, что раз уж мы едем в таком дискомфорте, то наши билеты будут стоить дешевле и взял по 700 рупий. В общем, все остались довольны. Два передних места занимали мама с дочкой. Всю дорогу эти милейшие непальские женщины пытались уступить нам место или хотя бы потесниться. Я чувствовала себя неловко – на ящике было не так уж плохо, можно был вытянуть ноги, поменять положение и смотреть в переднее окно, но дамы между тем явно чувствовали себя виноватыми.

В кабине у водителя разместилась целая толпа местных, одна из женщин везла в картонной коробке молодую индюшку. Несчастная птица тяжело переносила дорогу, из дырки в картоне то и дело высовывалась ее облезлая голова и выпученные глаза с ужасом таращились по сторонам. Хозяйка поила беднягу водой из пластиковой крышки. Сидя на ящике я пришла к выводу, что мне просто необходимо приобрести какую-нибудь курицу, пусть даже самую захудалую, для того чтобы окончательно слиться со средой.

i25U3xXvI

Несчастная индюшка

На одной из остановок к нам подошла пожилая белая женщина, подозрительно смахивающая на мою бывшую начальницу, и поинтересовалась, как мне едется на злосчастном ящике. Похоже этот вопрос волновал окружающих гораздо больше, чем меня. Из дальнейшего разговора выяснилось, что они с мужем, оба австралийцы, уже 6 месяцев живут в Катманду – муж работает в местной фирме, а сама она вышла на пенсию и отрывается по полной программе, то есть путешествует, посещает кулинарные курсы и просто наслаждается жизнью. В тот день они возвращались из четырехдневного трека, а месяца через 2 собирались домой, в Брисбен.

Вдоль дороги снова растянулась целая толпа ряженых людей, желающих куда-нибудь уехать, но мы не делали лишних остановок, так что я в полной мере смогла оценить комфортабельность нашего экспресса.

Въезд в Катманду напоминал промзону, то есть Челябинск. Все было покрыто таким слоем пыли, что город выглядел нетипично бесцветным для этой страны. Зелени практически не было, а если она и встречалась, то еле виднелась под серым налетом. Всюду как попало торчали невзрачные коробки домов. В общем, зрелище так себе, особенно в сравнении с уютной зеленой Покхарой.

На конечной остановке та самая сердобольная непальская женщина, порывавшаяся уступить мне место, объяснила, как добраться до туристического района Тамеля, а затем и вовсе предложила подвезти нас на такси за свой счет. Это было жутко неудобно и я отказалась. Но она продолжала настаивать и извиняться за то, что мы были вынуждены ехать в таких «ужасных» условиях. Все это из-за конфликта с Индией, объясняла она, и ей так стыдно за то, что гости ее страны пострадали из-за политических проблем, все это так неправильно. Мне стало совсем уж неловко, и оттого, что никакого особого дискомфорта мы не испытывали, и оттого, что она так искренне переживала за совершенно чужих ей людей. Я поблагодарила женщину от всей души — такие люди остаются в памяти в самых светлых воспоминаниях. Обменявшись добрыми пожеланиями с австралийцами, мы отправились в Тамель.

Многогранный Катманду

Стоит заметить, что Катманду всегда был моей заветной мечтой, а значит вокруг этой мечты со временем накопились некоторые ожидания. Именно поэтому Катманду мне сначала не понравился. Цены здесь были выше, чем в Покхаре, найти бюджетный отель оказалось настоящим квестом. Меню в ресторанах совершенно не радовало, вопреки ожиданиям столица Непала не блистала большим выбором блюд, да и по качеству они заметно уступали всему тому, что мы пробовали раньше, зато ассортимент алкоголя во многих заведениях занимал большую часть страниц. А вот отключение электричества практиковалось исправно. Впрочем, к этому мы давно привыкли. Кажется, именно в тот вечер я впервые ощутила смутную тоску по родине, явившуюся в виде мысли «А помидоры в нашем саду вкуснее», и возжелала салат со сметаной. Сметаны в Катманду не водилось, и это был его главный минус. Во всем остальном дело было только в постепенном взаимопроникновении в этот пыльный и непростой город. В очередной раз мне предстояло осознать, что любовь, как и все значимое в этом мире, не приходит сразу. Как минимум 365 ступенек Сваямбунатха отделяли от этого чувства, а в реальности намного большее расстояние.

DSC073691

Настенные воспоминания о землетрясении

Сваямбунатх

Сваямбунатх был одним из первых мест, куда мы отправились в Катманду. Глаза Будды, изображаемые на ступах, манили с детства – увидеть их означало отдать долг тому маленькому ребенку, который мечтал о загадочных далях, рассматривая разноцветные картинки. К Ступе вела длинная лестница, здесь обезьяны и собаки конкурировали за территорию, толпы туристов оккупировали все пространство, жар от ритуального огня подогревал и без того раскаленный воздух. Но все это никак не могло повлиять на счастье, испытываемое от соприкосновения с давней и сокровенной мечтой.

DSC074031

DSC074081

DSC074131

Долгая дорога к Ступе

DSC074141

Обезьяны считаются священными, потому что родились из божественных вшей, поэтому делают, что хотят

DSC074311

Собачий дозор. Собаки, в отличие от местных жителей, не считают обезьян такими уж священными, поэтому всегда следят за порядком

DSC074231

DSC074391

Ваджра

DSC074461

Призрак в оранжевом

DSC074801

DSC074961

Глаза

DSC075101

DSC075141

DSC075201

Площадь Дурбар

По запутанным улицам, местами погребенным под горами кирпичей – необратимым последствием землетрясения — добрались до Площади Дурбар. Здесь нам явилась главная печаль Катманду – многие храмы были разрушены до основания. Остались только каменные стражи и таблички с фотографиями, изображавшими невозвратное прошлое. На площади сновали попрошайки и продавцы гашиша, стая голубей жадно клевала подношения в виде зерен, а затем шумно взмывала в воздух и кружилась огромной воронкой над маленькой непальской девчушкой, радостно резвившийся посреди всего этого хаоса, смрада и святости в одном лице.

DSC075571

DSC075621

От храма остались только стражи

DSC075653

DSC075712

Вся Площадь Дурбар заставлена такими табличками

DSC075791

DSC075911

Повелительница голубей

Мы много бродили по окрестностям – и набережная загрязненной до крайней степени реки, и бесконечный рынок, втиснутый в узкие улицы неподалеку от Тамеля, и маленькие храмы, попадавшиеся на каждом шагу, и даже Королевский дворец не могли скрыть того факта, что Катманду еще не оправился от потрясения после землетрясения и не оправится еще долго.

DSC075211

Качели на набережной, поставленные во время главного индуистского праздника Дашайна

DSC075301

Кареты на любой вкус

DSC075361

В закоулках Катманду

DSC075451

Последствия землетрясения

Беспокойный Катманду не спал и по ночам – под окнами без конца ездили на мотоциклах, кричали, а собаки то и дело принимались лаять, желая внести свой вклад в общую суету. В одну из таких ночей я проснулась от шороха. Оказалось, не спал и Макс. Со словами «Ты тоже это слышишь?» он двинулся на звук. Его, с детства имеющего зуб на тараканов, подозрения подтвердились. Таракан был просто гигантский и что-то уверенно жрал в недрах мусорного ведра. Еще некоторое время Макс провел, наблюдая за мусоркой и возмущаясь наглостью незваного гостя, но совершать кровавую расправу не решился. Доев свой поздний ужин, таракан скрылся в щели в полу.

Боднатх

Утром нас ждал Боднатх – центр буддизма в Непале. Чтобы сэкономить на такси, заметно подорожавшее в связи с кризисом, дошли пешком до автостанции Ратна Парк. Дорога из Тамеля заняла минут 15. Здесь останавливалось множество тук-туков и при определенном упорстве можно было рано или поздно найти идущий в нужном направлении и всего за 25 рупий. За рулем многих из них восседали женщины, лихо управлявшиеся с 10 делами одновременно, как и полагается каждому уважающему себя водителю маршрутки.

DSC076251

В нижнем левом углу — непальская маршрутка

DSC076291

Стадион

DSC078271

Машина Дарта Вейдера

От главной Ступы в Непале осталось только основание. При виде руин мое сердце сжалось — хотелось надеяться, что это место устояло перед стихией. Однако строительные леса и груды кирпичей говорили о том, что к прежнему виду Боднатх вернется еще очень не скоро. Мы обошли Ступу по кругу вдоль стены из молитвенных барабанов и флажков с молитвами, рассеяно глядя на сувенирные лавки, облепившие все окружающее пространство. Базар, в отличие от Ступы, гибко подстраивался под обстоятельства и продолжал жить и функционировать.

DSC076451

DSC076481

Все, что осталось от Боднатха

DSC076641

DSC076691

Магазин для буддистов

Затем мы совершили очевидную глупость, направившись в сторону одного мифического парка, сведения о котором были как-то уж очень размыто поданы в интернете. В итоге целую вечность брели под палящим солнце вдоль бесконечных торговых рядов и гор мусора. Казалось, что весь город являет собой один большой китайский рынок, покрытый толстым слоем придорожной пыли. Затаривались здесь исключительно местные и найти можно было все – от пластмассовой кухонной утвари до мебели и алкоголя. Улицы населяли калеки и попрошайки, в толпе я заметила мальчика со сломанной рукой и нищенку с заячьей губой. Картинка вдруг напомнила мне Индию, а еще «Танец Дели», а еще остановку «Орленок» на ЧМЗ, и в тот момент показалось что Мэйн базар в Дели, улицы Катманду и ЧМЗ – это все суть одно. Калеки, наркоманы, пьяницы, сумасшедшие – все было здесь, и возможно какая-нибудь местная танцовщица уже давно придумала свой танец обо всем этом, приложив к груди кусок раскаленного железа. Хотя, что касается Челябинска, у нас с подобными обязанностями успешно справляются и поэты.

Забредя в конце концов на чей-то частный курорт, мы поняли, что пора поворачивать назад.

В маршрутке по дороге домой познакомились с непальцем и его сестрой. Он знал по-русски слово «привет», жил в городе Дюликель, любил водку, предпочитал женщинам алкоголь и, как следствие, не был женат. Все это он вывалил безо всякого стеснения, пока мы в полусогнутом виде тряслись по неровностям, называемым дорогами в Катманду.

Garden of Dreams

Организм наконец начал отвыкать от ранних подъемов – будильник упорно игнорировался и переводился на 9, а потом и на 10 утра. В один из таких ленивых дней решили не нарушать настрой и отправились в Garden of Dreams – небольшой сад на окраине Тамеля, где можно было хоть целый день валяться на траве, созерцая ухоженные клумбы, цветущие деревья и пруды с карпами, читать книгу, кормить бурундучков, которые без стеснения бегали по тебе едва завидев что-то съедобное, или просто спать под хохот детей, резвившихся на качелях и едва доносившийся из-за стен шум с дороги.

DSC076741

Garden of Dreams, маленький, но уютный

DSC076921

DSC076961

DSC077011

DSC077081

Чип и Дейл спешат за шоколадом

Наш отель находился на какой-то странной улице, где постоянно отключали свет. Причем во всем остальном районе он горел, и только наш переулок был вечно окутан мраком. За это я стала называть его Косоулком как в «Гарри Поттере». Зато и забегаловки здесь были дешевле — вроде той, в которой так любил питаться Макс. С виду она напоминала какое-нибудь злачное привокзальное место. Неприлично низкие цены, обшарпанные стены, все посетители – исключительно местные да изредка хиппари крайней степени маргинальности. Сюда заезжали прямо на мотоциклах, паркуя их у столиков, а на туристов смотрели со снисходительной улыбкой: «Ну а вы-то тут какими судьбами?» И, разумеется, готовили в расчете на местные желудки. Моя наивная просьба об исключении термоядерных специй из заказанного блюда в данном заведении звучала по меньшей мере глупо. Высказав это пожелание, я заглянула в глаза хозяйки с надеждой, на что та улыбнулась и принесла мне поразительно острый рис.

DSC076401

Кока-кола и пельмени созданы друг для друга

Монастырь Копан

В один из дождливых дней мы побывали в буддийском монастыре Копан – добрались туда на местном автобусе за 30 рупий, который также поймали на перекрестке недалеко от Ратна Парка. Автобус был переполнен. Маленький неряшливый мальчик ел кокос, смачно облизывал пальцы, а затем вытирал их об мои коленки. Из окна автобуса Катманду, казалось, не отличался от других городов Непала и Индии, но все-таки он был другим – огромным, растекшимся по долине между гор организмом со своей историей и неповторимым узором из улиц.

Небо было затянуто тучами, периодически начинало моросить – с холма, на котором стоял монастырь, Катманду выглядел умытым после ночного ливня и наконец проявил все краски, скрытые до того слоями пыли. Туристов на территории монастыря было мало, все здесь было необычайно ухоженным и чистым и составляло огромный контраст жизни внизу. Монахи, не признававшие суеты внешнего мира, бесшумно ступали по кристально чистым дорожкам, укрыв свои обритые головы под зонтиками. Стояла такая тишина, что только теперь я осознала, насколько отвыкла от отсутствия звуков за время, проведенное в Катманду.

DSC077211

Катманду, умытый дождем

DSC077251

Школа на холме

DSC077311

На входе на территорию монастыря

Главный вход в храм был закрыт — пришлось искать обходные пути. Сняв обувь, я тихо проскользнула в боковую дверь, поднялась по лестнице и с верхнего этажа наблюдала за неподвижными фигурами монахов, едва заметными в полумраке храма. Здесь стояла еще более концентрированная тишина, чем снаружи.
Мы обошли всю территорию, доступную для осмотра. В местной незамысловатой столовой можно было попробовать вегетарианские блюда, любуясь панорамой на город и наблюдая, как в аэропорту взлетают и садятся самолеты.

DSC077391

DSC077431

Вход в храм

DSC077661

Ступа тысячи Будд

DSC077871

Миниатюра на тему жизнеописания Будды. Даже гусеница пришла послушать

DSC078061

Буддийский ад. Все как у людей

DSC078131

Из окна столовой

DSC078221

DSC078251

Что нельзя делать в монастыре (ничего нельзя)

Поездка в Бактапур

Город Бактапур, одна из древних столиц Непала, расположен неподалеку от Катманду. Добраться туда можно на местном автобусе все с той же автостанции Ратна Парк. На этот раз решили разнообразить впечатления и забрались на крышу автобуса, присоединившись к другим любителям езды на свежем воздухе. Начавшийся вскоре дождь прогнал всю толпу назад в автобус и какое-то время мы ехали совершенно одни. Дождь довольно быстро кончился, и, не считая металлических прутьев, впивавшихся в зад, езда на крыше оказалась увлекательным занятием. По дороге наблюдали гигантскую пробку, оказавшуюся на деле не пробкой, а очередью за колбасой бензином. Зрелище поистине удручающее.

DSC081231

Очередь на заправку

DSC078551

На крыше автобуса

DSC078571

DSC078752

DSC078781

Вход на территорию древней части Бактапура с полным набором достопримечательностей, охраняемых ЮНЕСКО, составляет 1500 рупий. Уже на подходе к главной Площади Дурбар стало понятно, что землетрясение не пощадило и этот город. Многие дома были оснащены подпорками, а пара шагов в сторону от главной улицы тут же приводила на задворки, во всей красе являвшие изнанку туристического объекта – дворы, заваленные остатками рухнувших домов, кое-как состряпанные из подручных средств палатки и их обитатели, занимающиеся повседневными делами во внезапно изменившейся реальности. Город в этой части выглядел так, будто пережил бомбежку. Именно в таких местах по-настоящему осознаешь масштаб трагедии. Глядишь на то, как люди, больше не имеющие стен и потолков, по каплям набирают воду в тазы и ведра, и собственные переживания по поводу планового отключения горячей воды приобретают комичный характер.

DSC078911

DSC078951

DSC078971

DSC079161

DSC079291

DSC079381

DSC079491

Палаточный лагерь китайского Красного Креста

DSC079541

DSC079551

DSC079591

DSC080141

DSC080281

DSC081081

Изнанка Бактапура

Во всем остальном Бактапур был прекрасен – древняя деревянная резьба украшала дома и храмы, куда ни кинь взгляд – всюду какая-нибудь достопримечательность.

В одной из многочисленных школ живописи, куда нас заманил приветливый студент этой же школы, наблюдали процесс создания мандал. В беседе с парнем в очередной раз выяснилось, что в сердцах непальцев не существует границ между религиями и богами.

DSC079661

DSC079681

Деревянная резьба, которой славится Бактапур

DSC079921

DSC080071

DSC080231

DSC080251

DSC080311

Площадь Дурбар в Бактапуре

DSC080411

Дворец 55 окон

DSC080371

DSC080431

DSC080471

DSC080531

DSC080661

DSC080681

DSC080701

Песочная мандала в школе живописи

DSC080721

DSC080811

DSC080821

Отличный сувенир

DSC080871

DSC080931

DSC080981

DSC081041

Гончарное дело — еще одно характерное для Бактапура ремесло

DSC081171

Гончарная площадь

На обратном пути снова прокатились на крыше и решили напоследок посетить парк аттракционов с многообещающим названием Fun Park, мимо которого ходили практически каждый день. Заплатив по 40 рупий за вход и пройдя весь парк от и до, мы не нашли ни одного работающего аттракциона, хотя еще даже не стемнело, а в кассе около каждой карусели для чего-то сидели кассиры. Состоялся такой диалог:
— Сколько стоит билет на Колесо?
— 50 рупий.
— Оно работает?
— Нет.

Вот оно, событие, ставшее главным и единственным (не считая фиктивного куриного супа) разочарованием всего путешествия.

DSC08143

DSC081301

Обратная дорога

Возвращаясь домой по темным закоулкам, я осознала, что в Непале ни разу не пришло ощущения настоящей опасности, не встретилось ни одного злого лица, только серьезные, мы ни разу не столкнулись с проявлением агрессии, а о наличии преступлений напоминали только внушительного вида полицейские. В атмосфере миролюбивости и спокойствия, несмотря даже не общую суету большого города, быстро отвыкаешь от чувства страха. Непальцы часто готовы были помогать бескорыстно. Будь то женщины, пытавшиеся уступить свое место в автобусе, чужие гиды, опекавшие наравне со своими клиентами, или слегка подвыпивший парень на остановке в Катманду, который бросился обходить все автобусы, расспрашивая водителей и кондукторов, пока не нашелся нужный нам. В Непале количество добрых людей на квадратный метр зашкаливало – к хорошему быстро привыкаешь.

Тем же вечером мы сидели на втором этаже одной из местных бюджетных забегаловок в ожидании ужина, переваривая для начала впечатления от поездки в Бактапур. За соседним столиком происходила неторопливая беседа. Пожилой паре белых туристов было не меньше 80ти, это точно. Они задорно чокнулись стаканами с водой и болтали, будто не виделись лет 100. Пока я мысленно представляла, как нужно прожить жизнь, чтобы и в преклонном возрасте не потерять интерес к миру и друг другу, старичкам принесли 2 гигантские порции, которые они умяли за милую душу. «Еще и аппетит хороший. Идеальная старость», — завершила я свою мысль.

Что касается нашего собственного аппетита, мы крепко подсели на местную выпечку. Улицы Тамеля не знали недостатка в разнообразных пекарнях, особенно часто встречались German Bakery. Покупка всевозможных пончиков, круассанов и пирожных стала своего рода ритуалом, без которого не обходился ни один день. В глубине души я даже начала испытывать муки совести, поскольку несмотря на то, что в треке сильно исхудала, вся эта булочная невоздержанность грозила мне определенными последствиями. Но поскольку отказ от сладостей никогда не входил в список моих талантов, совесть я заглушила, а булочки покупала каждый день разные, чтобы как следует распробовать весь ассортимент. Но наесть прежний вес не помогло даже это. После выхода на работу начальник несколько дней издевался надо мной по поводу тощего вида и попросил больше не ездить в такой отпуск, где совсем не кормят.

Еще одно место, которое хотелось увидеть в Катманду – легендарный когда-то отель «Гаруда», известный в былые времени как перевалочный пункт для альпинистов-покорителей Эвереста и других Гималайских вершин. Говорят, отель уже не тот и от 90х там остались только не отремонтированные с тех пор номера, и все же это был особый момент соприкосновения с историей в виде заметок и фотографий с автографами, до сих пор украшавших стены. Я объяснила администратору цель своего прихода и она просто кивнула головой: «Конечно, проходите».

DSC081451

С автографом Скотта Фишера

DSC081501

DSC081561

Печально известная команда Роба Холла, совершавшая восхождение на Эверест в мае 1996 года

DSC081581

Визитка Скотта Фишера

DSC081631

«Мне кажется, это конец»

И как-то неожиданно мы добрались до момента отъезда. Рюкзаки вдруг наполнились доверху вещами и подарками, дверь номера захлопнулась за нашими спинами – эта комната больше не принадлежала нам, погрузившись в молчаливое ожидание новых постояльцев. Чтобы как-то смягчить этот беспокойный момент, я разговорилась с американцем в холле отеля, где мы ждали такси. С присущей американцам непосредственностью он, с бутылкой Хольстена в руках, тут же начал выкладывать подробности своей жизни. Среди прочих была одна парадоксальная для меня вещь – несмотря на то, что человек этот выглядел как видавший виды бродяга, по его собственному признанию, за все многочисленные поездки в Непал он ни разу не пробовал местное пиво.
— Я очень люблю пиво. Нет-нет, я пью только европейское, никакого местного, ни за что.
— И даже ни разу не хотелось попробовать? Просто ради интереса?
— О, нет!
Я вспомнила, как мы в исследовательском пылу перепробовали разные местные марки и выбрали лучшую, и заподозрила американца в неискренности его любви к Непалу (и к пиву).

Такси неслось через огромный город, подсвеченный лучами заката, на подъезде к аэропорту мы наблюдали из окна Пашупатинатх – место, где сжигают умерших, и куда мы сознательно решили не ходить, вдоволь хлебнув всего этого добра в Варанаси. Вскоре все призраки города схлынули, оставшись за поворотом и утонув в наступивших сумерках. Старый, очень похожий на сам Катманду аэропорт, кишел разномастным народом. Хотелось скорее улететь, но возвращаться в действительность не хотелось. Это ощущение безвременья затянулось благодаря ночевке в аэропорту Дубая и постепенно стало напоминать реальность с появлением русских туристов, заполонивших самолет. Уже в Екатеринбурге Непал еще раз напомнил о себе – позвонила мама: «Мы не хотели тебе говорить, чтобы не беспокоить, но бабушка умерла». Стало холодно и грустно, хотя я все уже знала — несколько дней назад в Катманду мне приснился сон, в котором я увидела только что произошедшую сцену как наяву. За окном плотной стеной валил ноябрьский снег. Две картинки соединились в одну. Непал оказался непревзойденным творцом сновидений.

Кажется, сложно выразить еще больше эмоций по поводу свершившегося путешествия, остается добавить, что, помимо впечатлений разного рода, Непал выступил для меня в роли учителя – и в физическом, и в духовном смыслах. Весь этот багаж знаний я стараюсь хранить бережно и использовать с максимальной пользой, в то время как в голове уже проявляются силуэты новых вершин. Уже за одно это стоит сказать прекрасному и непостижимому Непалу большое спасибо.

Оставить ответ