«One night in Bangkok». Гигантская устрица и смена системы координат

«One night in Bangkok». Гигантская устрица и смена системы координат

размещено в: Таиланд | 8

Я как все – уволилась с работы и уехала. Сейчас так все делают. То есть, можно сказать, гордиться нечем. Зато можно радоваться, потому что это хоть какие-то перемены на фоне не самого благополучного уходящего года. Да чего уж там говорить – год был полный отстой. Здравствуйте, меня зовут Женя и мой 2016-ый не удался.

Путешествия здесь, конечно, не причем, сами по себе они не способны изменить ровным счетом ничего. Так, обычное физическое перемещение тела в пространстве. Но открой глаза пошире, вдохни поглубже, а может быть наоборот зажмурься и представь себе все в деталях — ты Бастиан из «Бесконечной истории» и ты только что намечтал себе целый мир (с блэкджеком и… ну, вы поняли). А раз намечтал, так расхлебывай.

Вот так я и придумала себе отдых от всего, но знаете еще что? Путешествия способны довольно быстро перейти из разряда «впечатления» в разряд «приевшиеся вещи», куда можно записать вообще все что угодно: от коллекционирования пивных крышек до любовных отношений (отноФений, как любит говорить одна моя близкая подруга). Рано или поздно это обязательно произойдет при условии, что как личность ты стоишь на месте и тупо пялишься по сторонам. Все равно что пустое наматывание киловатт по счетчику при включенной лампочке в комнате, где никого нет. В этом случае можно сэкономить много денег и никуда не уезжать. И тут уже не важно, вырываешься ли ты за пределы страны, Солнечной системы или родного болота («попробуй сначала покинуть Саратов, самоуверенный ублюдок!»). Рано или поздно все сводится к одному – начинай что-то делать, для начала просто пошевели пальцами рук и пальцами ног. Выйди из позы трупа. Развивайся или сдохни (от скуки). Я люблю бесцеремонные лозунги.

Один из таких лозунгов и привел меня в Бангкок. В голове звучит фальшивое «One night in Bangkok and the world’s your oyster» в исполнении Майка Тайсона. Окружающие со всех сторон голубые стены наводят на умиротворенно-романтический лад. Правда, медитативное созерцание длится не долго. Не для этого я вскрывала створки гигантской устрицы, краев которой не видно ни днем, ни ночью.

Стоит только произнести магическое «Каосан роуд» (Хаосан, Кха-о-сан, каждый произносит на свой лад) – любой водитель любого транспортного средства моментально распознает кодовую фразу и мчится в нужном направлении. По Каосан надо обязательно прогуляться, от силы раз-другой, чтобы понять, где находишься – в перевалочном пункте, безвременье, за пределами которого мир меняется, строятся и гибнут империи, умирают и рождаются короли, бушуют катаклизмы и растет курс доллара, но внутри переполненного прилавками и ресторанами пространства картинка остается статичной. Не знаю, насколько долго можно просуществовать в таком окружении – это все равно что жить в эпицентре большого китайского рынка с непрерывно циркулирующим человеческим потоком, где будто в блендере смешали убойный коктейль из ингредиентов со всех концов света.

Здесь Таиланд напоминает Мэйн Базар в Дели, Тамель в Катманду, если не считать некоторых особенностей. Каосан четко подпадает под определение того места, куда можно приехать с большим походным рюкзаком, бросить его на тротуаре, разглядывая карту, и уже через 5 минут заселиться в какой-нибудь беззвездочный отель с теми самыми голубыми стенами, среди которых начать писать что-то в этом роде.

Безвременье и радость Каосана заключается в понимании – ты здесь ненадолго (чудодейственная фраза, которую я часто повторяла на до жути надоевшей работе). Ощущение вечного праздника, каким хочет казаться это место, само по себе не имеет смысла — какой в таком празднике толк?

Осмелься шагнуть за пределы тесного переулка, оккупированного короткохвостыми котами. Сунь нос на оживленную многополосную дорогу, хронически пораженную пробками как проказой. Дождись зеленого света, если хватит терпения, наберись наглости перейти на другую сторону — там Бангкок – настоящий, доступный к просмотру только после демо-версии.

Устрица теперь в трауре по недавно умершему королю, носит монохром, украшает одежду черными лентами. В поминальные дни люди в храмах молятся и плачут у портрета ушедшего кумира, а ты стыдливо отходишь в сторону – со своим фотоаппаратом, цветной одеждой и любопытством. Вещевые рынки в эти дни предлагают все оттенки черного – попробуй выбрать свой, единственный и неповторимый. Каосан роуд как бунтующий подросток дерзко утопает в красках, пожирающих едва заметные очаги траура, и, адресуя Бангкоку неприличный жест, нескромно пестрит всеми красками сразу. Здесь все еще популярны растафарианство и психодел (они что, никогда не выходят из моды?). Покупаю майку с рыжей лисой – привет, непослушная девчонка Каосан, мне черный тоже не к лицу.

Спать ложусь с ощущением, что город ко мне не присоединится. Гигантская устрица, как и Большое яблоко, никогда не спит. Так проходит первая ночь в Бангкоке. С первыми лучами солнца на соседней автостанции пробуждаются голоса диспетчеров – поначалу принимаю их за мантры. Как говорил великий поэт: «Приятно слушать молитву, не зная языка».

И было утро. И было жарко (даже в тени).

При желании из каждого путешествия можно возвращаться другим, не тем, кем ты туда отправлялся. А можно остаться тем же, но не возвращаться. Тут уж как повезет. Подбрасываю монетку и жду.

8 ответов

  1. Не возвращайся.

  2. ничего себе пожелание — «не возвращайся»!

    • Евгения Рябинина

      Отличное пожелание. Как в песне СБПЧ «Живи там хорошо, не возвращайся никогда!»

  3. Еще чего! Возвращайся, конечно! Ведь тебя здесь ждут!
    А дальше еще куда-нить поедете.

  4. Не возвращайся, мы к тебе приедем:)

Оставить ответ